Второй пожилой китаец, начав было что-то записывать в гроссбух, остановился и тоже озадаченно посмотрел на Хандзабуро...
Одни, не сомневаясь в могуществе России, смотрели на эту отдаленную грозу с равнодушием людей, уверенных, что буря промчится мимо. Другие - и, к сожале..
овета, может сделаться бездушным эгоистом, мелким или крупным взяточником, уличным вором или грубым деспотом в семействе, смотря по тем обстоятельствам, при которых сложилась его жизнь, смо..
Писемский Алексей Феофилактович (11.03.1821 года, с. Раменье, ныне Чухломского района Костромской области - 21.01.1881 года, Москва) - русский писатель.
Родился в небогатой дворянской семье. В 1934 - 40 учился в костромской гимназии, по окончании которой поступил в Московский университет на математическое отделение философского факультета. Писемский Алексей Феофилактович говорил: "будучи большим фразером, благодарю Бога, что избрал математический факультет, который сразу же отрезвил меня и стал приучать говорить только то, что сам ясно понимаешь. Но этим, кажется, только и кончилось благодетельное влияние университета".
Окончив в 1844 университет, переехал в деревню, но вскоре поступил на службу в костромскую палату, где прослужил несколько лет. Поездки по губернии дали поэту богатый материал для творчества. В 1860 - 70-е пишет "Былые соколы" (1864), "Птенцы последнего слета" (1865), "Хищник" (1873), "Просвещенное время" (1875) и др. В 1877 вышел роман "Мещане".
К тому же это подражанье
Поэту Байрону: наш лорд
(Как говорит о нем преданье)
Не только был отменно горд
Высоким даром песнопенья,
Но и рожденья Ламартин
(Я слышал) также дворянин,
Юго - не знаю
В России же мы все дворяне,
Все, кроме двух иль трех, зато
Мы их не ставим ни во что.
*
Мне жаль, что домы наши новы,
Что выставляют стены их
Не льва о мечом, не щит гербовый,
А ряд лишь вывесок цветных,
Что наши бабушки и деды
Для назидательной беседы
С жезлами, с розами, в звездах,
В роброндах, в латах, париках
У нас не блещут в старых рамах
В простенках светлых галерей;
Мне жаль, что шайка торгашей
Лягает в плоских эпиграммах
Святую нашу старину
Другая редакция конца строфы:
Что мы в свободе беспечальной
Не знаем жизни феодальной
В своих поместьях родовых
Среди подручников своих,
Мне жаль, что мы, руке наемной
Вверяя чистый свой доход,
С трудом в столице круглый год
Влачим ярмо неволи темной,
И что спасибо нам за то
Не скажет, кажется, никто.
Варианты продолжения романа в черновых рукописях
*
Он одевался нерадиво,
На нем сидело все не так,
Всегда бывал застегнут криво
Его зеленый узкий фрак.
Но надо знать, что мой чиновник
Был сочинитель и любовник,
Не только малый деловой...
*
Во фраке очень устарелом
Он молча, сидя у бюро,
До трех часов в раздумье зрелом
Чинил и пробовал перо.
Вам должно знать, что мой чиновник
Был сочинитель и любовник;
Свои статьи печатал он
В "Соревнователе"...
