2 Известно, что Ломоносов еще в конце 1741 года перевел оду Штелина на день рождения Елизаветы Петровн..
А я не понимал этой жизни. Она мне казалась ужасна. И вдруг я услыхал слова Христа, понял их, и жизнь и смерть перестали мне каз..
Не было ни одного серьезного городского вопроса, в котором бы так или иначе Викентий Игнатьевич не принимал участия. Он был в числе учредителей Общества тульских врачей...
{1} - Так обозначены ссылки на примечания соответствующей страницы.
I
Я был командирован для производства одного уголовного следствия в Кокинский* уезд вместе с тамошним исправником, которого лично не знал, но слышал о нем много хорошего: все почти говорили, что он очень добрый человек и ловкий, распорядительный исправник, сверх того, большой говорун и великий мастер представлять, как мужики и бабы говорят. Получив общее с ним поручение, я хотел сам за ним ехать в Кокин, но он меня предупредил и дожидался уже в усадьбе Маркове, которая стоит на самом повороте с кокинского торгового тракта на проселок, ведущий к месту нашего назначения. ______________ * Название вымышленное. (Прим. автора.)
Только что я вышел из повозки, он подошел ко мне и проговорил официальным голосом: - Честь имею представиться: кокинский земский исправник. Он был уже человек пожилой, но еще бодрый, свежий и вообще имел наружность приятную и умную. За его служебную вежливость, на которую, впрочем, давали мне некоторое право наши служебные отношения, я поспешил ответить ему тем же и взаимно представился, чем он остался с своей стороны, кажется, весьма доволен. Я спросил его, когда мы выезжаем. - Я думаю, сейчас же: зачем золотое время терять! - отвечал он и тут же распорядился мне об обывательских, а себе велел закладывать свой тарантас. В ожидании лошадей мы сели с ним на привалок около избы. - Давно вы служите? - начал я. - Давненько-с: по вниманию дворянства, выбираюсь три трехлетия и второе шестилетие. - Хлопотлива ваша служба? - Не без того-с... привычка: сначала, когда поступил, так очень было дико; только что вышел из военной службы, никого, ничего не знаю; первое время над бумагами покорпел, а тут, как поогляделся, так понял, что, сидя в суде, многого, не сделаешь, и марш в уезд, да с тех пор все и езжу. - А суд как же? - В суде что-с? Все эти суды, я вам доложу, пустое дело; ежели по правде теперь сказать, так ведь только мы, маленькие чиновники, которые по улицам-то вот бегаем да по проселкам ездим, - дело-то и делаем-с, а прочие только ведь и есть, что предписывают, - поверьте, что так! Пока мы разговаривали таким образом, около нас собралась толпа мальчишек. Маленький, худощавый, со всклокоченными волосами горбун притащил с ведро величины дегтярницу и силился на жерди поднять задок моей брички. - Перестань, косолапый, достатки хребет сломаешь! - крикнул исправник. - Ничаво, кормилец: може, и смогу, - отвечал тот. - Перестань, надорвешься! - крикнул опять исправник. - Матвей! Смажь бричку.рубашке, в плисовых штанах и с медною сережкою и ухе. Матвей подошел. - Что, дядя, видно, это не кузовья таскать? А на спине, кажись, и подкладка есть... Не замай, пусти, - сказал он и молодцевато поднял задок брички, подставил дугу под жердь, одним взмахом руки сдернул колесо и начал мазать. - Здоров, паря, - проговорил горбун, глядя с удовольствием на кучера.
... А после смерти все ему оставлю В наследство". Поклонясь царю, немедля Царевичи отправились в дорогу. Немного времени спустя пришел К царю Иван-царевич и сказал: "Родитель мой, великий государь Демьян Данилович, позволь мне ехать За братьями; и мне пора людей Увидеть, и себя им показать, И честь себе нажить от них и славу. Да и тебе, царю, я угодить Желал бы, для тебя достав жар-птицу. Родительское мне благословенье Дай и позволь пуститься в путь мой с богом". На это царь сказал: "Иван-царевич, Еще ты молод, погоди; твоя Пора придет; теперь же ты меня Не покидай; я стар, уж мне недолго На свете жить; а если я один Умру, то на кого покину свой Народ и царство?" Но Иван-царевич Был так упрям, что напоследок царь И нехотя его благословил.
И в путь отправился Иван-царевич; И ехал, ехал, и приехал к месту, Где разделялася дорога на три. Он на распутье том увидел столб, А на столбе такую надпись: "Кто Поедет прямо, будет всю дорогу И голоден и холоден; кто вправо Поедет, будет жив, да конь его Умрет, а влево кто поедет, сам Умрет, да конь его жив будет". Вправо, Подумавши, поворотить решился Иван-царевич. Он недолго ехал; Вдруг выбежал из леса Серый Волк И кинулся свирепо на коня; И не успел Иван-царевич взяться За меч, как был уж конь заеден, И Серый Волк пропал. Иван-царевич, Повесив голову, пошел тихонько Пешком; но шел недолго; перед ним По-прежнему явился Серый Волк И человечьим голосом сказал: "Мне жаль, Иван-царевич, мой сердечный, Что твоего я доброго коня Заел, но ты ведь сам, конечно, видел, Что на столбе написано; тому Так следовало быть; однако ж ты Свою печаль забудь и на меня Садись; тебе я верою и правдой Служить отныне буду. Ну, скажи же, Куда теперь ты едешь и зачем?" И Серому Иван-царевич Волку Все рассказал. А Серый Волк ему Ответствовал: "Где отыскать жар-птицу, Я знаю; ну, садися на меня, Иван-царевич, и поедем с богом"...
