«Виновата ли она?»

Загрузить книгу на мобильный телефон.

- Хорошо, что я вспомнил об жене, - продолжал Пионов, обращаясь к хозяину. - Она меня поедом ест за твоего бурку; говорит: зачем купил, не нравится. Да полно, что ты нахмурился?
- Бурку?.. - отозвался Иван Кузьмич. - Бурка, брат, славная лошадь; если бы мне такая попалась, я сейчас дам тысячу целковых.
- Возьми назад, я за полтысячи уступлю.
- Давай, возьму!.. Что ж, разве не возьму?
- Бери, мне самому жаль. Как бы не барыня, я бы с ней не расстался.
Поручик взглянул на меня и усмехнулся.
- Барыня... барыня, - говорил Иван Кузьмич, - твоя барыня, брат, милая; я у ней ручку поцелую, а ты в лошадях ничего не смыслишь; ты что говорил про белогривого жеребца?
- Что говорил?
- Что говорил! Не помнишь? Ты говорил, выкормок, вот он тебе и показал себя! Зачем же ты его на завод ладил? Выкормки, брат, на завод нейдут; что ты мне говоришь!
Пионов ничего не возражал. Я встал с тем, чтобы уехать.
- Прощайте, Иван Кузьмич, - сказал я, раскланиваясь.
- Сделайте милость, прошу вас покорнейше, посидите, - возразил он, разведя руками, - извините меня великодушно, вам, может быть, скучно у меня, а я душевно рад. Позвольте мне хоть трубку вам предложить; будьте так добры, выкурите хоть трубку.
- Позвольте, - отвечал я и сел.
- Фомка! - крикнул Иван Кузьмич. - Трубку подай!
- Очень рад, что вы пожаловали, только извините меня; я сегодня нездоров что-то: насморк, что ли?
Между тем Пионов встал, как-то особенно кашлянул и вышел в другую комнату, впрочем, он не совсем ушел, как видел я в зеркале, а остановился в дверях и начал делать Ивану Кузьмичу знаки и манить его рукою, но тот не замечал.
- Вас зовут, Иван Кузьмич, - сказал поручик.
Иван Кузьмич поднял голову и, заметив приятеля, встал и едва попал в дверь; тот начал ему шептать что-то на ухо, а он только мотал головою, и, наконец, оба ушли.
- Как наклюкались, - проговорил им вслед поручик, обращаясь ко мне.
- Что такое у них сегодня? - спросил я.
- Не знаю-с, я пришел, они уж были готовы; у них, впрочем, часто это бывает. Вы давно знакомы с Иваном Кузьмичом?
- Нет, я у него сегодня только в первый раз; скажите, пожалуйста, хороший он человек?
- Человек он добрый, только слаб ужасно. В одном полку со мной служил; полковник прямо ему предложил, чтобы он по своей слабости оставил службу. Товарищи стали обижаться, ремарку делает на весь полк.
Холодный пот выступил у меня, слушая поручика; хотя по желчному лицу его и можно было подозревать, что он о себе подобных не любит отзываться с хорошей стороны, но в этом случае говорил, видимо, правду.
- Что же он здесь делает в Москве? - спросил я.
- Да ничего не делает, кутит. Говорят: жениться хочет. Не знаю, какая идет за него девушка, а большой рыск с ее стороны.
- Если он добрый человек и будет любить жену, то, может быть, и перестанет кутить, - заметил я.
- Вряд ли-с! Привычку сделал большую, - возразил поручик.
- Но еще скажите мне, сделайте милость, богат он или нет?
- Состояние есть; ему после брата много досталось, безалаберно только живет очень.