«Путевые очерки»

Загрузить книгу на мобильный телефон.

После пытки повели Иосифа на раскат.
- Пех? - закричали палачи к народу.
- Пех, перепех, пех! - отвечала толпа мятежников, и святитель был сброшен, и когда он упал на землю, говорится в записках семинарии, то в то время сделался великий стук и страх, отчего и воры, будучи в кругу, устрашились и замолчали на долгое время, с треть часа стояли повеся головы и друг с другом ничего не говорили, яко изумленные. Но когда священники хотели собраться к телу своего архипастыря, то бунтовщики их палками отогнали; однако они на другой день, поливши оное миром, погребли в соборной церкви*.
______________
* Я видел в астраханском соборе изорванную власяницу святителя, в которой он был мучим. (Прим автора.).

Все эти бунты и убийства прекращены были боярином Милославским. Сам Стенька Разин был разбит и пойман Долгоруким и привезен в Москву, где возили его на поругание по всему городу на телеге под виселицей, а потом он был живой четвертован и части тела его были воткнуты на колья, а внутренности брошены на съедение псам. При всех сих мучениях Стенька показал себя неустрашимым. Но брат его Фролка, вместе с ним пойманный и водимый позади телеги, обнаружил страх и малодушие; однако ему дарована была жизнь за то, что он открыл, где хранились спрятанные сокровища брата.
Таковы некоторые подробности из истории города Астрахани. Обращаюсь, впрочем, к настоящему.
Я еду по краю Волги; солнце обливает ярким светом окрестность и, отражаясь от бело-глянцевитого льда, беспокоит глаза; посередине реки виден целый ряд треугольной пирамидой поставленных жердей, около них ходят, нагибаются по две, по три черноватые фигуры мужиков.
- Это что такое? - спросил я извозчика.
- Снасти, рыбу ловят, - отвечал он.
По сторонам сидят там и сям какие-то большие птицы, и об них я спросил извозчика.
- Орлята это, - отвечал он.
"Вот, наконец, и орлята", - подумал я не без удовольствия и бросил в одного из них кусок льду. Он неторопливо поднялся, взмахнул несколько раз крыльями и потом, вытянув их в прямую линию, полетел; я думал, что прямо к солнцу, однако нет: просто в сторону; за ним уцепились две вороны и заигрывают с ним.
- Вороны, видно, не боятся орлов, - заметил я извозчику.
- Да что ж им бояться? - возразил он.
- А убьет, съест.
- Пошто съест, он и рыбой сыт.
- Где же он берет рыбу? Ловит?
- Нет, на ватаге* подхватывает мелочь которую али внутренность. Вон ватага, - пояснил извозчик, показывая мне кнутом на довольно большие у берега подмостки, на которые кладут и потрошат пойманную рыбу.
______________
* Ватагами называются селения, где живут рыбопромышленники. (Прим. автора.).

Город между тем становится все видней и видней. Издали он напоминает собой всевозможные приволжские города, виды которых почти можно описывать заочно: широкая полоса реки, на ней барки с их мачтами, кидающийся в глаза на первом плане собор, с каменными казенными и купеческими домами, а там сбивчиво мелькают и другие улицы, над которыми высятся колокольни с церквами, каланчи, справа иногда мельницы, а слева сады, и наоборот.