Христос подает руку Адаму, за которым следует Ева, а за ними весь "лик праотцов". Праотцы идут вереницею в три оборота, и вереница не оканчивается, а теряется за "полями" изображения...
Одни, не сомневаясь в могуществе России, смотрели на эту отдаленную грозу с равнодушием людей, уверенных, что буря промчится мимо. Другие - и, к сожале..
В эти годы, во время подготовки и проведения "крестьянской реформы" 19 февраля 1861 года, крестьянское движение получает особенно широкий размах. Наиболее крупным был..
И крадете, и убиваете, и клянетесь лживо, и жрете Ваалу.
Иеремия, 7, 9.
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
Бургмейер, Александр Григорьевич, богатый коммерсант. Клеопатра Сергеевна, жена его. Мирович, Вячеслав Михайлович, депутат от земства. Куницын, Петр Федорович, вольнопрактикующий адвокат. Толоконников, Измаил Константинович, техник-строитель. Самахан, Авдей Игафраксович, известный врач. Руфин, Симха Рувимыч, еврей. Евгения Николаевна Трехголовова, молодая вдова. Татьяна, кухарка. Лакеи.
ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
Роскошно убранный, огромный мужской кабинет; в нем малахитовый камин с большим зеркалом; на стенах подлинные Ван-Дик и Рубенс.
ЯВЛЕНИЕ I
Клеопатра Сергеевна и Евгения Николаевна; обе красивые молодые женщины. Клеопатра Сергеевна, видимо, собиралась куда-то ехать и была уже в шляпке; но, заинтересованная словами своей подруги, приостановилась ненадолго и, смотрясь будто бы в зеркало, слушает ее; а Евгения Николаевна сидит в кресле.
Евгения Николаевна. Как тебе угодно, но в этом ты никого не уверишь. Клеопатра Сергеевна (обертываясь к ней). В чем мне и кого уверять? Евгения Николаевна. В том, что будто бы ты ничего не видела и не понимала, что Мирович в тебя влюблен до безумия! Клеопатра Сергеевна (покраснев несколько в лице). Я вовсе этого не говорю!.. Я очень хорошо это видела и понимала; но что ж из того? Евгения Николаевна. А то, что неужели, по крайней мере, ты жалости не чувствуешь к нему, или, лучше сказать, неужели тебе не совестно против него? Клеопатра Сергеевна (с удивлением). Почему же мне может быть совестно против него? Я с ним не кокетничала, я его не завлекала. Евгения Николаевна (устремляя внимательно на приятельницу свои проницательные глаза). Ты не кокетничала?.. Ты?.. Клеопаша!.. Ты можешь все говорить, все, только не это!.. Клеопатра Сергеевна (несколько сконфуженная этими словами). Напротив, кажется, я очень смело могу говорить это. Евгения Николаевна (прищуривая уже свои глаза и снова устремляя их на приятельницу). А эти прогулки на даче вдвоем?.. А эти игранья в табельку по целым вечерам? Какая страстная картежница вдруг сделалась!.. Это что же такое? Клеопатра Сергеевна (еще более конфузясь). Вначале я действительно несколько неосторожно себя с ним держала; но мне просто было приятно его общество: он тут умней всех, собой красив, образованный, светский человек!.. Я полагала, что между нами может существовать дружба; но, разумеется, как только заметила, что в нем зарождается совершенно иное чувство ко мне, я спрятала все в своей душе и стала с ним в самые холодные, светские отношения. Евгения Николаевна (с ироническою улыбкой и пожимая плечами). И зачем ты это делала? Для кого и для чего? Клеопатра Сергеевна (снова с удивлением). Как для кого и для чего? Неужели ты, Жени, этого не понимаешь? Евгения Николаевна (опять пожимая плечами).
... Работа будет немалая: да для моей казны супротивного нет". Поклонилась ему в ноги дочь середняя и говорит: "Государь ты мой батюшка родимый! Не вози ты мне золотой и серебряной парчи, ни черных мехов соболя сибирского, ни ожерелья жемчуга бурмицкого, ни золота венца самоцветного, а привези ты мне тувалет(5) из хрусталю восточного, цельного, беспорочного, чтобы, глядя в него, видела я всю красоту поднебесную и чтоб, смотрясь в него, я не старилась и красота б моя девичья прибавлялася". Призадумался честной купец и, подумав мало ли, много ли времени, говорит ей таковые слова: "Хорошо, дочь моя милая, хорошая и пригожая, достану я тебе таковой хрустальный тувалет; а и есть он у дочери короля персидского, молодой королевишны, красоты несказанной, неописанной и негаданной; и схоронен тот тувалет в терему каменном, высоком, и стоит он на горе каменной, вышина той горы в триста сажень, за семью дверьми железными, за семью замками немецкими, и ведут к тому терему ступеней три тысячи, и на каждой ступени стоит по воину персидскому и день и ночь с саблею наголо булатною, и ключи от тех дверей железных носит королевишна на поясе. Знаю я за морем такого человека, и достанет он мне таковой тувалет. Потяжеле твоя работа сестриной, да для моей казны супротивного нет"...
